Тысяча километров гравия

Навигатор показывает, что до соседней деревни семь километров по воде и девяносто по суше. В этом вся география Вестфирдира: дорога заходит в каждый фьорд до самого конца, разворачивается и идёт обратно по другому берегу.

Штурману здесь спокойно: горы плоские, как палуба, и ориентироваться можно по ним. Но ветер с Гренландии меняется за минуту, поэтому на перевалах я снимал только с утяжелённым штативом, а сумку привязывал.¹

В каждой деревне, даже на сотню жителей, есть горячий бассейн под открытым небом. Сюда приходят не плавать, а разговаривать: фермеры обсуждают овец, школьники — экзамены, и всё это по шею в воде при шести градусах в воздухе. Вход стоит примерно восемьсот рублей, полотенце своё.

Скала Лаутрабьярг — самая западная точка Европы, если не считать Азорских островов, и в июне на ней сидят сотни тысяч птиц. Тупики подпускают на два шага: врагов на суше у них нет, и людей они, кажется, тоже не считают за таковых. Я провёл на обрыве девять часов и израсходовал три плёнки, а ночи так и не дождался, потому что её не было.

К концу недели гравий забивается везде: в сумку, в кофе, в затвор. Сдавая машину, я честно показал новую трещину на лобовом стекле. Парень за стойкой посмотрел и пожал плечами: это Вестфирдир, у всех так.